На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Новые Известия

1 317 подписчиков

Свежие комментарии

  • Александр Радченко
    Честно - уже так надоели эти фильмы, точнее, диссонанс между сотрудником нарисованным, прям идеальным и тем, что в го...Детектив или филь...
  • Античубайс777 родионов
    Разрешите вас перебить", — обратился Штирлиц к группе беседовавших  иностранцев в руководстве российских компаний. Вы...Иностранцы в руко...

Самоограничение неизбежно: эксперты обсудили перспективы России

В результате при любом исходе конфликта в ближайшие годы и, возможно, десятилетия Россия вынуждена будет перейти в режим «самоограничения», чтобы восстановить подорванные силы и репутацию. Этот режим заставит ее сконцентрироваться на первоочередных задачах национального интереса и резко ограничит ее внешнеполитическое влияние.

Распад России выглядит маловероятным сценарием, но ей придется все более опираться на Китай и увеличивать свою зависимость от него. Ослабление Кремля чревато реанимацией старых конфликтов на постсоветском пространстве, когда Россия перестанет быть гарантом соблюдения договоренностей. Так или иначе, Россия в любом случае придет к окончанию этого конфликта с результатом, прямо противоположным тому, которого она стремилась достичь, начиная спецоперацию в Украине.

Страну ожидают годы деградации

Невеселые ближайшие и отдаленные перспективы российской экономики рисует эксперт Александра Прокопенко:

«Российские фирмы по большей части самостоятельно адаптируются к новым условиям. Власти особо не вмешиваются — это очень прорыночная позиция. Если правительство и дальше удержится от соблазна свалиться в госплан с жестким определением, кто, чего и куда должен поставлять, то российская экономика, скорее всего, выстоит и адаптационный период завершится где-то к середине 2023 года.

Однако отсутствие доступа к технологиям и дальше будет мешать модернизации предприятий, вынуждая сокращать инвестиционные планы. Переориентация на другие рынки упирается, с одной стороны, в логистические бутылочные горлышки, с другой — в необходимость идти на уступки и предоставлять скидки на свою продукцию. Ситуация такова, что пока эти рынки нужнее России, чем Россия им. А разворот к внутреннему рынку может лишь частично поддержать производство – слишком маленькие у него масштабы.

Довоенный потенциал российской экономики и так был не очень высоким — 2–3% роста в год. Спецоперация в Украине и внешние ограничения снизили его примерно до 1%. Этого недостаточно даже для поддерживающего развития.

Разрыв внешних связей ведет Россию к регрессивному импортозамещению: утраченные импортные компоненты будут замещать менее продвинутыми аналогами. На рынок труда будет давить нехватка квалифицированных кадров — утечка мозгов продолжится в том числе из-за упрощения задач и отсутствия доступа к передовым технологиям. За оставшихся специалистов будут биться, что может повысить их зарплаты быстрее, чем вырастет производительность, что добавит инфляционных рисков. Развитие экономики окажется развернутым в обратную сторону, и потребуется три-пять лет на то, чтобы просто зафиксировать негативное равновесие…»

О влиянии на мировой порядок придется на время забыть

Вне зависимости от исхода спецоперации, военные, экономические и репутационные потери России не оставляют сомнения в том, ей придется отказаться от большой стратегии «системного оспаривания» существующего мирового порядка, которой она придерживалась последние годы, и перейти к режиму «ограничения» (retrenchment), пишет эксперт эстонского Института внешней политики Иван Клыщ. Режим «(само)ограничения» отнюдь не редкая (и многократно описанная) и скорее даже наиболее рациональная стратегия для больших держав, переживших поражение или масштабный внутренний кризис. Пережитые неудачи, угроза углубления кризиса и распада государственности вынуждает лиц, принимающих решения, сосредоточиться на восстановлении сил, снижении рисков и сокращении затрат за счет отказа от обязательств, которые не являются приоритетными и необходимыми, — в том числе от ведения военных действий и наращивания политического влияния за рубежом. В России эта стратегия хорошо известна по максиме министра иностранных дел Александра Горчакова «Россия сосредотачивается», сформулированной вскоре после поражения российской монархии в Крымской войне. В последнее время политика «ограничения» и «концентрации» обсуждалась в основном в применении к США, которые, по мнению многих в Америке, должны сократить свои внешнеполитические обязательства.

Нельзя не отметить, что существуют два наиболее обсуждаемые экспертами сценария для «поствоенной» России — распад и «опора на Китай», увеличивающая ее зависимость от Пекина. Однако первый сценарий в отличие от второго, по мнению Ивана Клыща, куда менее вероятен, так как Россия — гораздо более гомогенная страна, чем был Советский Союз.

Постсоветское пространство тоже выйдет из-под контроля

«Ограничение» России с высокой вероятностью может привести к реанимации старых и возникновению новых военных конфликтов на постсоветском пространстве, считает старший научный сотрудник Центра по Соединенным Штатам и Европе из The Brookings Institution Павел Баев. Россия уже утрачивает свои позиций в странах, в которых ее присутствие традиционно было гарантом сохранения достигнутых договоренностей, вторят ему аналитики вашингтонского Центра анализа Европейской политики (CEPA). В результате чего усилия последних тридцати лет, затраченные Россией на утверждение своих лидерских позиций в регионе, идут прахом. Так, она уже утратила статус страны-покровителя для Армении, президент которой отказался подписать итоговую декларацию ОДКБ из-за неготовности России занять более решительную позицию в возобновившемся армяно-азербайджанском конфликте. Тактики замалчивания и уклонения от арбитража и вмешательства Россия придерживается и в отношении спора Киргизии и Таджикистана, из-за чего Киргизия отменила очередные военные учения ОДКБ, которые должны были состояться на ее территории в октябре. Казахстан, несмотря на отсутствие прямого конфликта интересов с кем-либо из своих соседей, тоже взял курс на отдаление от России, отказавшись поддержать идею российского правительства ввести совместные санкции в отношении западных стран.

Ослабление России может привести к новым конфликтам в приграничной Грузии и даже в еще пока российской Чечне, считает Баев. Чеченские сепаратисты могут воспользоваться амбициями Рамзана Кадырова, а Россия будет слишком истощена, чтобы ввязаться в еще одну чеченскую кампанию. Грузия, в свою очередь, может попытаться вернуть в свои границы Абхазию и Южную Осетию. И если возвращение Южной Осетии, скорее всего, не представит большого труда, то из-за Абхазии может разразиться новый военный конфликт. Еще одной точкой изменений, по мнению аналитика, станет Белоруссия: режим Лукашенко падет, как только Россия перестанет оказывать ему поддержку. Сплотившаяся благодаря массовым протестам 2020 года белорусская оппозиция будет стремиться к созданию проевропейского правительства, готового разорвать договор о союзном государстве с Россией.

Так или иначе, Западу уже сейчас необходимо продумывать сценарии взаимодействия с этой ослабленной «поствоенной» Россией, чтобы избежать новых геополитических катастроф и иметь возможность влиять на будущие власти страны, исходя из интересов международной безопасности, уверены эксперты. Самое главное, что Россия в любом случае придет к окончанию конфликта с Украиной с результатом, прямо противоположным тому, которого она стремилась достичь, начав его.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх