Новые Известия

519 подписчиков

Свежие комментарии

  • Валерий Лангуев
    А кто может так смело утверждать, что это автопробег сторонников Лукашенко? Скорее это автопробег противников "оппози...В Минске проходит...
  • Александр Клово
    А власть и полиция не в состоянии сами контролировать интернет?Учителей в Петерб...
  • Светлана Смородина
    Пусть этот *богатый и свободный* белорусский блогер молчит себе в тряпочку в своей Белоруссии...Работа - не волк....

Андрей Мовчан: «Шесть причин, почему я переехал из Москвы в Лондон...»

Андрей Мовчан: «Шесть причин, почему я переехал из Москвы в Лондон...»

Финансовый аналитик Андрей Мовчан, имя которого в последние годы часто появлялось в «Новых Известиях» переехал вместе со всей семьей из Москвы в Лондон, тем самым подтвердив тенденцию последнего десятилетия – безудержную «утечку мозгов» из нашей страны. Если большевики 100 лет назад расправлялись с российскими интеллектуалами двумя способами – насильно выпроваживая их за границу на так называемых «философских пароходах» или попросту уничтожая в тюрьмах и лагерях, то в власти современной России поступают несколько более гуманно, создавая такие условия для жизнедеятельности творческих элит, что тем остается лишь один путь – эмиграция. Вот что написал в своем блоге по этому поводу сам Мовчан – эта публикация собрала около двух тысяч лайков:

«Меня еще в университете учили – «Перед тем, как рассказывать «как», расскажи «почему». И не зря – «почему» часто очень трудно определить, но равно очень полезно.

Почему мы уехали в Англию? То есть – почему уехали и почему в Англию, а не скажем в Тайланд или Оклахому?

Ответ будет длинным, но начну я его как водится у нас, евреев, с вопроса: «А что такого?»

Вопрос «почему уехали» в русской оседлой культуре действительно имеет какое-то метафизическое звучание.

Привязанность к земле в России сродни сексуально-семейной и настолько же патриархальна (только в вопросе отъезда мужскую функцию выполняет государство, а женскую – его обитатели). Вопрос «почему уехал» в России настолько же сакраментален и обвинителен, насколько вопрос «почему дала» в традиционной культуре: и то и то можно оправдать либо высшими мотивами (большая любовь, большой страх или большие деньги, в России большая любовь к большим деньгам не осуждается), либо откровенным б...ством (да что с неё взять!). Отъезд может быть либо «замуж», либо – за колбасой (помните «колбасную» эмиграцию 90-х?), либо – формой побега (обменяли хулигана на Луиса Корвалана это хорошо, бегство братков или, например, Президента Банка Москвы это плохо, но и то и то – бегство), либо – предательством, изменой, грязной низостью продажного наймита англо-саксов.

Попадая в Англию, немедленно сталкиваешься с культурой территориального промискуитета. Здесь большинство либо приехало, либо собирается уехать. Едут много – в Европу, в Австралию, в Индию и Индокитай, в Африку (в ЮАР в основном), в Китай и пр. «Почему», как и «почему дала» здесь имеет простой и очевидный ответ, не предполагающий стыда или драмы: потому что захотелось. Едут поменять места; туда, где работа интереснее; где климат лучше; где ниже налоги; в поисках интересной культуры.

В этом смысле мои ответы тоже будут «английскими». Почему мы уехали? Потому что захотели. А захотели мы по многим причинам.

Во-первых (не в порядке важности, тут сложно приоретизировать), в России с каждым годом становится все более душно. Не то, чтобы лично мы задыхались (мы могли себе позволить и внутреннюю эмиграцию), но общее ощущение спертости воздуха, висящего в воздухе угара, не оставляло. Это и устаревшие нормы выхлопа и выбросов. Это и новостные ленты (о, какое счастье больше не читать поток информации о том, кого еще посадили и с кем еще мы поссорились!), и уличные рекламные щиты («Парк Патриот», «ХY лет победы», «танковый биатлон» и пр.), и доносящиеся отголосками от знакомых или из ленты высказывания сановников, и ток-шоу, которые смотрит старшее поколение и так далее. Это вообще стандарты коммуникации (там, где в России пишут «предупреждаем о уголовной ответственности за неуплату налогов», в Англии написано «спасибо что вы платите налоги»). Это еще не ужас (вообще все пока достаточно мило, если не делать бизнес или политику), но это – запах будущего ужаса.

Во-вторых, Россия все больше становится колонией (внутренней, если хотите), а Москва по мере того, как амбиции метрополии у неё все сильнее, всё больше напоминает столицу колонии – этакий Бомбей времен колониальной Индии. Это удобно, иногда роскошно и часто забавно, но никогда – всерьез. Всерьез – где-то в другом месте. В Москве можно либо зарабатывать с теми, кто у власти, либо им прислуживать – остальные виды бизнеса сравнительно с аналогами в других странах убыточны (что не мешает делать их с прибылью для себя, но так или иначе надо сбежать за границу, пока убытки, которые ты перевесил на государство или партнеров, не начали взыскивать). Я уже давно владею бизнесом, работающим глобально, и мне всё больше требовалось быть там, где вещи происходят, а не там, где макропроцессы слышны только далеким эхо. Лондон – финансовая столица мира. Если претендовать на эффективную работу в финансах, надо иметь возможность общаться с теми, кто их «делает» не с далекой окраины галактики, а на месте.

Кстати, с точки зрения культуры и искусства Лондон, конечно, тоже – сердце мира. Театры, музеи, концертные залы, учебные программы не сравнимы с московскими при всем московском разнообразии. Это кстати – одна из причин, почему уезжая из России мы не ехали на любимый нами Кипр или на юг Испании. Одна, но не единственная: в Испании – налоги, на Кипре – нет университетов.

В-третьих, на бизнесе свет клином не сошелся. Мои дети не собираются делать бизнес – они пошли в мать, заняты медициной и наукой. Ни того, ни другого в России толком не осталось (и не надо мне рассказывать, я знаю, да и дети мои уже на практике имели возможность сравнить). Никто из моих детей не собирается возвращаться – собрать их обратно в Россию не получится, а в Англию можно попробовать. Моему младшему надо учиться в школе. Смотреть на то, во что превращается российская школа, с учителями, погрязшими в навязанной бюрократии, бесконечной угрозой введения религиозного воспитания и требованием «растить патриотов» я больше не хочу и сыну не дам. Частные школы еще местами сохраняют неплохую атмосферу, но по сравнению с хорошими школами в Англии это все равно даже не 20, а 19 век. То, что я вижу в английской программе, несравнимо более современно, адекватно, эффективно. Да и networking, который здесь очевиден и включает детей из самых разных культур, в Москве не приветствуется и лишен разнообразия.

В-четвертых, как метко сказал один мой знакомый – «это не мы уезжаем, это Россия из-под нас уезжает». В России мало кто остался из моих друзей и знакомых. Моя единственная кузина и ее дети – в Париже; моя сестра – во Франкфурте. Брат моей жены с семьей – тоже в Париже. Мои коллеги по бизнесу – на Кипре и в США. Друзья – кто в Америке, кто – в Испании, и конечно многие в Англии. В последние годы стало очень трудно идти против рожна, тем более Европа такая маленькая – от Лондона до Брюсселя на поезде 1,5 часа, с друзьями из Германии можно встретиться погулять по Голландии, билет на самолет поперек Европы – 15 евро. Все-таки размеры России играют против тебя.

В-пятых, как это ни смешно, но я устал от того, что цветной телевизор у меня в окне работает только 3 месяца в году, а 9 месяцев там черно-бело. Здесь в Лондоне зелень – круглый год, улицы чисты (после дождя не надо мыть машину), даже в январе по зеленой траве парков местные гуляют в пиджаках (только надевают шарф). В Лондоне можно и очень здорово гулять по городу 12 месяцев в году. В Москве либо грязно, либо душно, либо холодно, а часто «два из трех». Здесь я живу в 45 минутах неспешным шагом от центра и почти никогда не езжу – все время хожу, за день находится более 20 000 шагов. В Москве идти в центр мне бы не пришло в голову.

В-шестых – и это уже прагматические соображения, Англия создала достаточно уникальный режим налогообложения для таких как я: собственно я могу много лет не платить налогов с доходов, если я не ввожу их на территорию Великобритании. В России у меня такой возможности нет (как нет ее и у тех, кто мог бы так же въехать в Россию – я считаю это большим упущением российских властей); в Лондоне дорогая недвижимость, но оставаясь в России я отдал бы больше налогами, даже по новому льготному «пятимиллионному» правилу. Не то, что бы Англия не хотела собирать налоги; просто она хочет привлечь тех, кто обеспечит потребление и создаст налогоплательщиков в следующих поколениях. Так эмигрантами укрепляется общество.

Если этих шести ответов недостаточно, боюсь придется дать еще один – седьмой. Нам просто очень нравится Лондон – старомодный, безумный (об этом много в следующих главах), эксцентричный и эклектичный, и вместе с тем очень «свой». Мы его любим. Возможно это – самый честный ответ (и в «русском» смысле вопроса тоже). Возможно поэтому мы так легко в него выбрались: но как мы выбирались – это тема следующей главы.»

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх